страны арктики

Берингия

Периоды осушения и затопления Берингии чередовались в прошлом неоднократно, по некоторым данным — до шести — восьми раз. Как раз столько, сколько оледенений повторялось в недавней геологической истории Земли. Люди своей первобытной историей, видимо, захватили лишь два последних цикла. Завершающая фаза затопления началась с распадом последнего ледникового покрова и окончилась, вероятно, около пяти-шести тысячелетий назад. В сущности, если мерить геологическими мерками, совсем недавно. Впрочем, учитывая продолжающееся таяние и гибель ледяных островов на соседнем полярном шельфе, можно говорить, что затухающие признаки наступления моря налицо и по сей день.

Несомненно, сложная природная ритмика отражалась и в жизни Арктиды. Мы очень мало знаем об этой земле, скрытой под неприветливыми арктическими водами. Тем ценнее все то, что удалось собрать и обобщить, в том числе и данные о территориях, непосредственно окружавших ледяную сушу.

Вдоль крупнейших рек Восточной Сибири — Лены, Алдана, Индигирки — обнаружены следы гигантских коридоров выдувания, достигающих несколько сот километров в длину. По ним полярный антициклон запускал «щупальца» в глубь континента. Мощные потоки арктического воздуха текли на юг, неся с собой струи пыли и песка. Обнаружены груды камней, истертых этой песчаной поземкой, словно наждаком. И что самое поразительное, среди них встречаются тысячи (тысячи!) орудий каменного века, точно таким же образом обточенных ледяными ветрами. Значит, в этой дикой пустыне или где-то рядом с нею все-таки жили люди.

Скорее всего они приходили сюда летом, когда страшные рукава гиперборейского антициклона временно бездействовали. Кстати, а что за погода была здесь летом? Ведь в той же Якутии июльская жара нередко загоняет столбик термометра за тридцатиградусную отметку.

Видимо, нечто подобное было и в Арктиде. Сухость климата и разреженность облачного покрова позволяли солнечным лучам быстро нагревать верхние слои почвы, а ведь солнце во время полярного дня светило круглые сутки. По мнению специалистов, летом здесь было даже жарче, чем сейчас, когда облака и туманы крадут солнечное тепло и уносят его от земной поверхности. Судя по находкам ископаемой флоры и фауны, жизнь в Арктиде хотя бы на протяжении трех-четырех месяцев в году расцветала буйным цветом. Но конечно, жизнь особенная, торопливая.

За короткие светлые месяцы растения должны были завершить весь жизненный цикл, дать семена для будущего года и замереть, готовясь к встрече с ревущей аэродинамической трубой полярной ночи. Естественно, в таких условиях получали огромное преимущество травы перед деревьями и кустарниками. В Арктиде возник неповторимый ландшафт сухой арктической степи. Бесснежная степь давала круглогодичное пропитание для травоядных млекопитающих. Значит, пища была, и главной трудностью для них оставался лишь почти космический зимний холод. Но зато для животных, сумевших к нему приспособиться, такой ландшафт был землей обетованной. А лучше всех, как известно, сумел приспособиться к холоду мамонт.
Обилие крупных млекопитающих можно рассматривать как косвенное свидетельство отсутствия в Арктиде мощных ледниковых куполов. Животным надо пастись. Подземный лед, даже если он достигает толщины в десятки метров, этому не мешает. Главное, чтобы сверху лежал пласт почвы. Как раз такое строение и наблюдается в береговых обрывах тающих островов.

Но с другой стороны, нельзя исключить и близкого сосуществования подземного и надземного оледенений, ведь живут стада овцебыков у края шпицбергенского ледникового покрова и неплохо себя чувствуют.

Если ледниковые купола и были в Арктиде, то прямых следов от них не осталось. Подпочвенные льды арктических островов и побережья моря Лаптевых представляют собой весьма своеобразное образование и в самом деле мало походят на погребенные остатки настоящего ледника. У них меньше плотности, нет следов пластического течения и других признаков ледниковой динамики.

Геологи, настаивающие на том, что льды были сублимированы из почвенного воздуха, представляют убедительные доказательства своей правоты. Такой лед, перекрытый сверху толщей ветровых наносов, в условиях арктического климата может сохраняться очень долго. В принципе можно допустить, что такие наносные почвы частично распространялись и на многолетние паковые льды Полярного океана.

Значит, как считали С. В. Томирдиаро и его сотрудники, экосистемы древней мамонтовой степи могли существовать прямо над морем. Но это предположение чрезвычайно трудно проверить. Что же касается прочих предположений о строении Арктиды, то они поддаются проверке, пока ледяные острова еще не стерты с лица Земли.

Окончание ледниковой эпохи и быстрое повышение температур привели к таянию ледниковых куполов Европы и Америки. Подпочвенные льды Северо-Востока были защищены слоем земли и реагировали на потепление гораздо медленнее. Но у них был другой враг — океан. Его уровень повышался, и вода разъедала стенки ледового материка. Арктида распадалась на отдельные архипелаги. Четвероногие обитатели гибнущей мамонтовой степи скучивались на островах, которые быстро уменьшались и, конечно, уже не могли их прокормить.

Это была настоящая экологическая катастрофа — стремительная и неотвратимая. Теперь становится понятным, почему почва ледяных островов набита костями животных. Ясной становится и судьба Земли Санникова. Ведь ледяные островки тают у нас на глазах. Гибель Арктиды продолжается.

Эфемерные земли Арктики тают, как льдинки в стакане. Это говорит о медленном, но закономерном подъеме уровня моря и, возможно, о потеплении. Еще в тридцатых годах советский океанолог Н. Н. Зубов, описывая берега острова Большой Ляховский, предсказал ему печальную участь: «…вдоль всего берега тянулись сплошные обвалы. Свежие обвалы были характерны белоснежным цветом ископаемого льда. Несомненно, что с островом Большой Ляховский случится то же, что случилось с островом Васильевский…»

…А также с Землей Санникова, добавим мы от себя. Эта же судьба ждет острова Столбовой, Новая Сибирь и некоторые другие, которые состоят в значительной степени из ископаемого льда. История Арктиды лишний раз напоминает, насколько близки к нам коллизии ледникового периода. Это было совсем недавно — триста-четыреста поколений назад.

Страницы: 1 2

рубрика: История края